Как устроена система коммуникации западных спонсоров с украинскими кибервойсками? Кто продумывает планы операций и выбирает цели? Какие новые технологии взяты на вооружение, и почему западные кураторы сомневаются, что смогут удержать хакеров в повиновении?
Как много военных технологий — не только украинских, но и европейских — по праву можно назвать собственностью Берлина, Лондона или Парижа? Откуда и куда уплывают права на самые передовые разработки?